Press "Enter" to skip to content

Современная экономика — обмен или распределение товаров? (начало)

newslider 0

Современная экономика — обмен или распределение товаров? (начало)

Впервые популярно изложена общественная природа симулякров денег в их отличие от подлинных денег, а равно место и роль симулякров денег в современной экономике как средства распределения всех товаров, являющегося таковым вследствие своей общественной природы как средств и титулов высшей институциональной власти над общественным производством человечества.

В РФ счёт «цен» товаров и услуг, заработной платы и фонда оплаты труда, «прибыли» и «убытков», налогов и сборов и, в конечном итоге, ВВП РФ осуществляется в рублях. И вообще ныне все процессы экономической и социальной практики, общественной и частной жизни в РФ «запускаются» рублём, обеспечиваются рублём и фокусируются на рубле, результируясь в рубле.

Но что есть рубль или любая другая современная валюта?

Нас убеждают, да и все почти считают, что рубль – это денежная единица, это – деньги. Что это такие же по своему существу деньги, как и доллары США, и евро, и юани, и все прочие валюты. Что эти валюты различаются между собой «покупательной способностью», устойчивостью обменного курса, «географией» обращения и, следовательно, «географией» признания (использования) в мире в качестве денег и множеством прочих характеристик, ничего не изменяющих в том, что все такие национальные валюты по своей сути – это (без допуска даже какой-либо тени сомнения) деньги. Ибо то, что это деньги, установлено Законом и признаётся «всеми во всём мире» из числа «психически здоровых людей»…

Популярно, но предельно кратко о сущности денег.

Вплоть до фактического отказа от золотого стандарта во всём мире деньгами в точном смысле слова было металлическое золото в слитках, использовавшееся как единственные и исключительные мировые деньги в качестве меры стоимости, средства платежа, средства обращения, средства накопления (образования сокровищ) и как собственно мировые деньги.

То, что в ряде регионов мира, включая колонии, например, в Средние века в Западной Европе или в Индии в 19-ом веке, вместо металлического золота в качестве денег или наряду с металлическим золотом в качестве денег использовалось также и металлическое серебро, ничего не изменяло в общественной сущности и функциях денег. А в чём они заключались?

Деньги, прежде всего, это товар, то есть материальное благо, пригодное и предназначенное для удовлетворения каких-либо конкретных потребностей людей (обладающее конкретной полезностью для потребителей и именно вследствие этого имеющее потребительную стоимость или, иначе, ценность).

Однако деньги, во-вторых,  – это такой товар, который способен обмениваться и фактически обменивается на любой другой без исключения товар, вследствие этого выступая в общественной практике эквивалентом всех других товаров.

В-третьих, металлическое золото в слитках как именно такой универсальный товар, который выполняет общественную функцию денег, экономической практикой человечества, длящейся многие тысячелетия, признано таковым всеобщим товаром-эквивалентом всех других товаров без исключения.

Но как же может соизмеряться и обмениваться как равные (эквивалентные) товары огромное (неисчислимое) множество конкретных товаров? Ведь каждый из товаров, будучи взят по своей натуре, не сводим ни к одному другому товару, за исключением лишь только тех товаров, которые тождественны с ним по своим физическим и потребительским свойствам. Как соизмерить и приравнять друг к другу некое количество моркови и ткацкий станок, например, и сколько (какую массу) этой моркови надо отдать за станок, чтобы обмен был равным, эквивалентным?

А если обменивать не непосредственно морковь на станок, а опосредствовать этот обмен металлическим золотом, то сколько тогда золота в миллиграммах, граммах или килограммах надо отдать в обмен на морковь или на станок, чтобы этот обмен был равным (эквивалентным)? Именно такое опосредствование только и позволяет развести обмен всех товаров на все товары во времени и пространстве.

На практике разные по своему качеству (по совокупности свойств и признаков физических или потребительских) предметы (вещные или любые другие) соизмеримы лишь тогда и постольку, когда и поскольку они сведены к одному и тому же качеству. И только в рамках такого – общего и единого для всех них – качества такие разные по своему естественному качеству предметы могут быть соизмерены, то есть одно количество одного предмета может быть приравнено некоему другому количеству другого предмета.

Таким общим и единственно общим качеством для всех товаров является лишь то, что все они являются продуктами труда людей, будучи овеществлёнными результатами определённого количества труда и содержащими в себе это количество труда. И это единственное общее для всех товаров качество, которое присуще каждому товару без исключения, есть не что иное, кроме как его (этого товара) общественное качество – не натуральное (естественное) качество, а именно общественное качество товара. И вот это общественное качество всякого товара названо его (товара) стоимостью.

Итак, стоимость любого товара определяется количеством труда, овеществленного и поэтому заключенного в этом товаре. Но чем может быть измерено количество труда? Только продолжительностью рабочего времени, затраченного на соответствующий труд всех работников (совокупный работник), каждый из которых в той или иной определённой мере непосредственно и опосредствованно участвовал в производстве (создании) данного товара. И этот товар именно вследствие этого есть результат труда этого совокупного работника в целом.

Однако труд каждого конкретного работника и, следовательно, его индивидуальное рабочее время, количественно и качественно отличается от конкретного труда (рабочего времени) всех других работников. Как их соизмерить практически? Как их соизмеряло человечество и сто, и тысячу лет назад?

Посредством сведения всех разновидностей конкретного труда к абстрактному (общему и всеобщему) рабочему времени, которое общественно необходимо для производства данных видов конкретных товаров при существующих общественных условиях их производства и обращения. Обращение товаров – это систематически и регулярно повторяющиеся (возобновляющиеся вновь и вновь) акты обмена всех и каждого из товаров, в конечном итоге, на все другие товары.

Но непосредственно осуществить такое сведение всех видов конкретного труда к его всеобщему роду, то есть к абстрактному общественно необходимому труду по производству всех без исключения товаров, участвующих в мириадах и гекатомбах актов обмена, невозможно. Неужели тупик, безысходность? Ничуть – человеческая практика очень давно (несколько тысячелетий назад) нашла такое решение, и именно этим практическим решением как раз и стали деньги.

Почему деньги стали таким решением? Потому что деньги – это тоже товар, но это такой товар, который есть всеобщий эквивалент всех других товаров именно потому, что и он (деньги) также есть продукт труда, содержащий в себе вполне конкретное в данных исторических (общественных) условиях количество общественно необходимого рабочего времени.

В каком смысле или, иначе, по какому своему качеству деньги являются всеобщим эквивалентом всех других товаров? По своему натуральному качеству золота (серебра) или же по своему общественному качеству – по стоимости? Исключительно и только по своему общественному качеству – по стоимости. Никакой другой эквивалентностью (равенством) с другими товарами, кроме равенства по стоимости, металлическое золото (серебро), выполняющее общественную функцию денег, не обладает, и обладать не может.

Иными словами, потому деньги стали практическим решением задачи сведения всех товаров к одной всеобщей для них мере, что они (деньги), будучи товаром, точно так же, как и все прочие товары, имеют стоимость – физически определённое количество металлического золота, выполняющего общественную функцию денег, имеет вполне определённую величину (количество) стоимости.

Читайте также:  Украина: если в Крым, то «только на танках»

Но (и в этом-то заключается суть дела, как и тайна стоимости, которых не понимает, не ведает большинство авторитетнейших из числа патентованных экономистов) вследствие сказанного величина стоимости физически одного и того же количества металлического золота, выполняющего общественную функцию денег, различна в разных исторических условиях – в разное историческое время.

Суммарная (абсолютная) и удельная (в расчёте на единицу физической массы) величины стоимости самих денег (металлического золота, выполняющего общественную функцию денег) всегда изменялись и изменяются не просто во времени, но исторически они всегда изменялись, и изменяются доныне.

Эти величины стоимости физически определённого количества денег (металлического золота в качестве денег) в каждый данный момент времени различны независимо от того, в какое время и где впервые произведён вот этот конкретный слиток металлического золота, который некто видит ныне или держит в своих руках. И это справедливо для величины стоимости любого товара, всех товаров без исключения.

На практике никто, конечно, никогда не пытался исчислять (такой мысли даже не возникало – никакой общественной потребности в этом не было), и не исчислял, да и в принципе не мог исчислить, и пока ещё не может исчислить количество всеобщего (абстрактного) общественно необходимого труда, содержащегося в единице массы металлического золота в слитках.

Но как же тогда всё это сведение всех товаров к определённому количеству одного и того же общественного качества (к определённой величине стоимости) осуществлялось практически в течение тысячелетий разными поколениями людей в разных и географически далёких друг от друга странах?

Посредством гекатомб актов обмена всех товаров, в конечном итоге, на конкретные физические количества металлического золота и наоборот – конкретных физических количеств металлического золота на то или иное количество любого другого товара.

Всё это уже потом (постфактум) первые политэкономы, начиная, по меньшей мере, с Аристотеля, в конечном итоге обобщили под названием товарно-денежного обращения на свободном рынке, то есть в условиях свободной конкуренции и т.д., и т.п. Свободное товарно-денежное обращение на свободном рынке, в конечном итоге, охватывающем и охватившем, подчиняющем и подчинившим себе весь освоенный и присвоенный людьми мир (всю ойкумену).

Символы денег и денежные знаки.

В силу множества объективных условий и обстоятельств, преимущественно имевших практически значимый характер, металлическое золото в слитках в качестве денег непосредственно использовалось лишь как мировые деньги, то есть в международном обмене товарами – в международной торговле.

На практике очень давно появились монеты не только из золота, но и из других металлов и их слитков (были и деревянные, и каменные, и прочие «монеты»).

В конце 13-го веке в Китае и в начале 18-го века во Франции (реализованный государством проект шотландского экономиста и ростовщика-спекулянта Джона Ло) появились «бумажные деньги».

Но чем являются в действительности все эти монеты и «бумажные деньги»?

В действительности это – денежные знаки или символы (общественные представители) денег подлинных – металлического золота в слитках, выполняющего общественную функцию денег.

Символы денег всего лишь и только замещают подлинные деньги в товарно-денежном обращении, представляя в обществе и для общества (в общественной практике) эти подлинные деньги и, одновременно, технически облегчая и упрощая весь процесс обращения подлинных денег, а равно и сокращая суммарные издержки этого обращения.

Символ денег (независимо от своего физического носителя) сам по себе (по своему действительному содержанию) не является той же самой величиной стоимости, которую он представляет и замещает в обращении товаров. Да и товаром как таковым символы денег не являются. Это более всего очевидно не только и не столько на бумажных символах, но и сколько на примере записей на счетах в казначействах и банках, выполненных на бумаге или на ином (в том числе и электронном) носителе.

Определённая сумма символов денег есть всего лишь символ (представитель в обществе и для общества) определённой натуральной величины (суммы) всеобщего товара-эквивалента, каковым являются только деньги (независимо от натурального – золотого, серебряного или иного – естества того конкретного всеобщего товара-эквивалента, которое они имеют).

Величина (сумма) денег, символом которой было конкретное количество единиц «бумажных знаков денег» и монет, определялась официальным денежным (золотым или серебряным) курсом «национальных знаков денег». По этому курсу казначейство или банк, уполномоченный соответствующим государством выполнять функции центрального банка (эмитента национальной валюты), обязан был обменять (тезаврировать) эмитированные (выпущенные) им в обращение «бумажные и монетарные знаки денег» на соответствующее количество всеобщего товара-эквивалента (металлического золота в слитках определённой пробы). И обмен такой они гарантировали осуществить и фактически осуществляли по первому требованию любого предъявителя «национальных знаков денег». А если этого не происходило, то это было тождественно дефолту или финансовому краху соответствующего правительства и его главного финансового агента (казначейства или центрального банка), который нередко выливался в различные общественные нестроения и политические кризисы.

Любой символ денег, если это действительно символ денег, предполагает два существенных общественных условия, каждое из которых абсолютно обязательно для того, чтобы данные знаки денег в действительности были символами денег.

Первое условие – наличие самих денег (металлического золота, фактически выполняющего общественную функцию денег в товарно-денежном обращении) и тотальное (всеобщее) использование этого всеобщего товара-эквивалента в экономической практике в этом своем общественном качестве денег.

Второе условие – систематическое и регулярное практическое подтверждение в качестве очевидного для всех участников товарно-денежного обращения общедоступного факта: данные «знаки денег» (денежные знаки) действительно являются символами денег, которые в любое время могут быть тезаврированы немедленно по их предъявлении к тезаврации (обмену на деньги) по официальному денежному курсу.

Иными словами, символ денег всегда и везде, во всякий данный момент времени и в любом месте, отсылает всех текущих держателей, предъявителей и получателей этого символа денег к строго конкретной натуральной величине (массе) подлинных денег – всеобщего товара-эквивалента, общественную функцию которого выполняет металлическое золото в слитках определённой (официально объявленной и гарантированной) пробы.

Одновременно с этим всякий символ денег отсылает всех своих текущих держателей, предъявителей и получателей также и к своему эмитенту – к тому, кто выпустил этот символ денег в обращение и гарантировал его незамедлительную тезаврацию в подлинные деньги на условиях, официально установленных, общедоступных и неизменных в течение достаточно долгого времени.

Но государство или банк, осуществивший эмиссию «денежных знаков» в качестве символов денег – это первичный (высший) институциональный посредник, гарантирующий обществу и практически обеспечивающий реализацию этой своей гарантии, что выпущенные им в обращение «знаки денег» действительно являются подлинными символами денег, которые в полном объеме представляют и замещают деньги в товарно-денежном обращении.

Институты – это нормы, правила, обычаи, установленные в данном государстве и сообществе в качестве обязательных к исполнению (применению) на всей территории государства, его субъекта, внутри корпорации и т.д. Но институты – это не только указанные формальные нормы, правила, обычаи. Институты есть также и те неформальные нормы, правила, обычаи, обыкновения и традиции, которые действуют (исполняются) на практике (по факту), регулируя всю эту практику наряду или вопреки формальным институтам. И одним из примеров этого в полной мере является всякая и любая практика, осуществляемая «по понятиям».

Читайте также:  Политический андеграунд от сторонников Платошкина

Только при соблюдении на практике всех рассмотренных общественных условий соответствующие «денежные знаки» являются символами денег. И только в таком случае исключительно и только на всех этих условиях в их совокупности «национальные денежные знаки» и соответствующие им «национальные денежные единицы» в действительности являются символами денег, замещающими и представляющими деньги и в собственно денежном, и в товарно-денежном обращении.

Иными словами, только при соблюдении на практике всех рассмотренных условий соответствующая национальная валюта правомерно используется как мера стоимости, средство платежа, средство обращения, средство накопления (образования сокровищ), а также и как мировые деньги («резервная валюта»).

Соответствуют ли любая из нынешних национальных валют перечисленным условиям? Не соответствует. Являются ли эти валюты деньгами? Нет. Ну а хотя бы символами денег они являются? Тоже нет, однозначно и очевидно нет.

А чем же все нынешние национальные валюты являются на самом деле? Они являются тем, что имитирует или, точнее будет сказать, – тем, что симулирует символы денег и сами деньги. Кратко выражаясь, они являются симулякрами денег. Но подробнее об этом – в следующем разделе.

Распределение под видом обмена и вместо обмена: симулякры денег.

Нынешний рубль, как и всякая иная – иностранная и самая что ни есть «зелёная» – валюта всеобщим эквивалентом товаров не является. И не является, прежде всего, потому, что сам рубль, как и любая другая современная валюта, не есть товар.

И именно в силу этого рубль (любая другая из современных валют) никакой стоимости вообще не имеет, ибо по самой своей общественной природе рубль, как и любая современная валюта, стоимости иметь не может вообще от слова совсем.

Но может быть нынешний рубль, как и доллар США и т.д., – это символ денег? Нет, они не могут быть символами денег уже только потому, что деньги из экономики не только изъяты, но и их обращение институционально запрещено, по меньшей мере, с началом «Нового курса» в США, отказом от «золотого стандарта» во всех остальных государствах, в том числе фактическим отказом от «золотого червонца» в СССР.

Никаких денег, то есть никакого всеобщего товара-эквивалента ни рубль, ни доллар США, ни какая-либо другая валюта вообще не представляет и не замещает ни в обращении товаров, ни в экономике вообще. Но что же или кого представляет в таком случае симулякр денег? К чему или к кому он отсылает, если он не может отсылать к деньгам, ибо их в общественной практике нет?

Симулякр денег представляет (= является общественным представителем) исключительно и только высшую институциональную власть над процессом общественного производства. А это что за зверь такой? Это глобальный (с его национальными подразделениями) финансовый капитал, в который окончательно и необратимо превратился весь общественный капитал (весь капитал в мире) вследствие изъятия денег из экономической практики и их замены симулякрами денег.

Процесс этого превращения, то есть процесс становления всего мирового капитала глобальным финансовым капиталом стал необратимым, по меньшей мере, со времён и в ходе первой в мире Великой депрессии, названной Долгой депрессией, которая длилась с 1873 по 1896 годы. Но – это уже отдельный предмет, непосредственно не относящийся к предмету настоящей статьи.

Первичный эмитент конкретной национальной валюты, включая в него симбиоз фактически центрального банка и правительства соответствующего государства, есть не более чем агент (институциональный агент – в смысле гражданского и публичного права) глобального финансового капитала. Хотя это и высший агент глобального финансового капитала, от этого он отнюдь не утрачивает общественного характера агента этого финансового капитала. Глобальный финансовый капитал персонифицирован корпорацией (для широкой публики неформальной корпорацией) действительных членов интернациональной корпорации глобальных финансовых капиталистов. Это и есть современная новая, а именно финансовая, аристократия, которую публично и приватно нередко именуют олигархией.

Капитал вообще, а финансовый капитал, в особенности, есть высшая тотальная власть-собственность над общественным процессом производства в глобальном, то есть во всемирном, масштабе. Средствами и титулами именно этой высшей тотальной власти в действительности являются все симулякры денег. И лишь постольку, поскольку они есть средства и титулы этой высшей тотальной власти, они есть также и титулы прав требования (талоны) любого из товаров. Ибо всякий товар есть продукт, произведённый финансовым капиталом, его применением в качестве капитала. Никаких других товаров, кроме тех, которые произведены глобальным финансовым капиталом, в мире давно уже практически не осталось.

И только эти товары распределяются, в конечном итоге, опять-таки глобальным финансовым капиталом (непосредственно это осуществляется всеми соответствующими цепочками агентов этого финансового капитала) в частное присвоение или, что есть то же самое, в частное потребление. В этом по существу ничего не изменяет то, каким именно будет это частное потребление (равно частное присвоение). А именно – будет ли оно частным производительным потреблением, то есть производством товаров, либо оно будет потребительным производством, то есть воспроизводством людей и общества в целом.

Но что же это такое – рубль или другая национальная валюта, кроме того, что он симулирует деньги в экономической практике, общественно представляя глобальный финансовый капитал и будучи средством реализации его тотальной власти-собственности на всё и всякое материальное богатство, как минимум? Чем ещё, кроме уже сказанного, по своей общественной природе является симулякр денег?

Симулякр денег (рубль, доллар США и всякая иная валюта) в рассматриваемой части экономических отношений есть всего лишь обезличенный (на предъявителя) универсальный финансово-распределительный талон или титул права требования потребительных стоимостей вообще. То есть талон (титул права требования) на любые, всякие потребительные стоимости, то есть на товары вообще.

В симулякре денег все товары (как потребительные стоимости) тоже обезличены, как и текущий владелец самого этого симулякра денег. Хотя потребительные стоимости и предполагаются этим талоном (титулом права требования) в качестве конкретных, но самим этим симулякром денег они никак не обозначены и конкретно не указаны, то есть это любые товары – всё, что производится, распределяется и потребляется как товар.

Заметим сразу же – право требования своему текущему держателю и предъявителю такой талон (титул права требования) формально даёт, но вот получения требуемых «в обмен» на него потребительных стоимостей (товаров, включая в них также и все услуги, и все работы, о чём в дальнейшем) отнюдь не гарантирует – совсем не гарантирует.

Симулякр денег, то есть такой талон (титул) права требования, не имея в себе и не представляя собой никакой стоимости, потребительную стоимость всё же имеет. И именно вследствие этого он только и получает возможность симулировать деньги, то есть всеобщий товар-эквивалент.

Потребительной стоимостью рубль как симулякр денег обладает лишь постольку, поскольку высшей институциональной властью РФ он легализован (утверждён законодательно) как деньги и вместо денег на всей территории РФ, во-первых. И, во-вторых, этот талон (титул) права требования товаров обладает своей особой потребительной стоимостью лишь постольку, поскольку всеми участниками (или абсолютным большинством участников) экономических отношений на территории РФ он признаётся как деньги и вместо денег.

Читайте также:  Миллиарды остались на бумаге

То есть всё сказанное в предыдущем абзаце имеет место быть, если только законодательство РФ неукоснительно и надлежащим образом исполняется на всей территории РФ без каких-либо исключений и отклонений, в том числе «как часы»  и без дополнительной «смазки» со стороны заинтересованных лиц работает весь институциональный механизм обеспечения исполнения обязательств. Вплоть до принуждения к этому силою всей государственной власти независимо от формального и неформального статуса заинтересованных лиц в этом государстве, в-третьих.

В чём заключается потребительная стоимость симулякра денег? Как и всякая потребительная стоимость, она заключается в полезности соответствующей «вещи» для удовлетворения определённой (конкретной) потребности участников экономических отношений.

Полезность симулякра денег в самом общем виде заключается в том, что он (симулякр денег) используется в экономических отношениях как деньги и вместо денег, то есть используется по правилам использования (обращения) денег вместо самих денег и как деньги во всех тех экономических отношениях, в которых прежде применялись деньги.

Поскольку деньги применялись как всеобщий эквивалент всех товаров, мера стоимости, средство платежа, средство обращения, средство накопления (образования сокровищ) и мировые деньги, постольку и симулякры денег применяются вместо денег во всех этих экономических функциях. То есть симулякр денег институционально и под угрозой применения силы со стороны государства отождествлён с символом денег.

Однако так это представляется только официально и идеологически, прежде всего, всем участникам современных экономических отношений, сознание которых всецело подчинено этой идеологии (абсолютно доминирующая общественная психология), всецело захвачено этой идеологией «в полон» и удерживается в нём.

По существу так же представляется это и всей современной экономической наукой (теоретическим общественным сознанием), то есть буржуазной экономической наукой, включая в неё и всю бывшую (бывшую ли только?) советскую экономическую науку без изъятия. Никакой другой, кроме буржуазной, экономической науки не было, нет, и быть не может.

Однако в действительности давно уже дело обстоит совершенно иначе. Никакого обмена товаров быть не может, и нет в общественных условиях, при которых и вследствие которых подлинные деньги изъяты из экономики и тотально замещены симулякрами денег.

Товары обмениваться могут только по своей стоимости как равные стоимости (в равных по стоимости количествах товара в натуре). И обмениваются все товары очень давно уже не непосредственно (товар на товар), а посредством обмена всех товаров на один всеобщий товар-эквивалент, ставший самостоятельной стоимостью, то есть посредством обмена всех товаров на деньги.

Когда и если имеет место так называемый неэквивалентный обмен, тогда речь идёт уже либо об экспроприации (безвозмездном изъятии) в той или иной мере (от частичной до полной экспроприации и самого товара в натуре, и его стоимости), либо о распределении товаров, которое осуществляется под видом обмена товаров и как обмен товаров.

Распределение товаров под видом обмена и как обмен, осуществляется тогда, когда деньги изъяты из экономики и замещены симулякрами денег, которые применяются как деньги и вместо денег.

Юридически это распределение, осуществляемое под видом обмена и как обмен, по-прежнему оформляется и осуществляется в форме мены и как мена одной вещи на другую вещь, но симулякр денег, в отличие от денег, ни вещным, ни каким-либо иным товаром-то не является «от слова совсем».

Поэтому экономически в таком случае отчуждения товара в «обмен» на некую сумму симулякров денег бывший владелец товара, добровольно отчуждающий его или у которого его отчуждают (изымают) в «обмен» на симулякры денег, вообще не получает никакого товара взамен отчуждённого у него товара. Ни в равном по его стоимости количестве, ни в каком-либо ином количестве не получает.

Экономически это и есть экспроприация (или, в данном случае, – мошеннический грабёж, если выражаться юридическими терминами), то есть отчуждение без какого бы то ни было возмещения вообще, не говоря уже о равном по стоимости (эквивалентном) возмещении отчуждённого товара.

Но, скажет тут же большинство экономистов и юристов, не говоря уже о предпринимателях и обывателях: «Как же так, «покупая» товары у кого-либо, мы же их не экспроприируем, да и о мошенничестве (об обмане) большинство из нас при этом даже и не подразумевает, и не помышляет, а Вы говорите об экспроприации и мошенничестве?»

Ответ на этот вопрос прост по существу и одновременно (в силу тотальной захваченности абсолютного большинства господствующей идеологией) предельно сложен.

В действительности никакого обмена товаров нет, во-первых, нет и мошенничества со стороны абсолютного большинства совершающих это перераспределение товаров под видом обмена и как обмен, во-вторых, но есть именно перераспределение товаров, в-третьих.

И вот здесь-то как раз проявляется самое сложное для понимания абсолютным большинством – цепочка всех опосредствований этого как бы самостоятельного перераспределения, совершающегося под видом обмена и как обмен, в-четвёртых.

Первым по кажимости на поверхности общества (ближайшим к непосредственным участникам всякого акта перераспределения товаров, совершаемого под видом обмена и как обмен товаров, а в действительности – онтологически – последним, производным и потому самым поверхностным во всём процессе) посредствующим звеном являются симулякры денег.

А последним по кажимости (в восприятии непосредственных участников такого перераспределения, а в действительности – онтологически – первым) посредствующим звеном во всяком акте распределения и перераспределения товаров, опосредствуемом любыми симулякрами денег и совершаемом под видом обмена и как обмен товаров, является высшая институциональная власть над процессом общественного воспроизводства.

Средствами и титулами именно этой высшей институциональной власти, в конечном итоге, являются все симулякры денег во всей их глобальной иерархии.

Между этими «крайними» посредствующими звеньями находится целая система распределения и перераспределения товаров, включая их транспортировку и доставку потребителям, от их непосредственных производителей до всех промежуточных и конечных потребителей оптом и в розницу, с одной стороны.

А с другой стороны, система распределения и перераспределения симулякров денег (в том числе и посредством фискальной системы и бюджетов всех уровней) от их эмитентов до каждого из текущих владельцев.

Каждая из этих двух систем посредствующих звеньев включают в себя далеко не одну подсистему посредствующих звеньев и далеко не одну цепочку посредников. Именно с ними, так или иначе, в большей или меньшей степени (в зависимости от сферы деятельности), как раз и имеют дело потребители всех товаров, а также текущие владельцы соответствующих симулякров денег.

Отдельную, а именно третью, систему опосредствования, составляет ещё одна система, которая специализируется на определении симулякров цен. Эта система сама распадается на две крупных подсистемы (два крупных общественных подразделения) определения симулякров цен, во-первых, на все товары и, во-вторых, на сами симулякры денег.

Вот как раз об этой третьей системе посредствующих звеньев, а также как в действительности функционирует современная экономика и, главное, к чему закономерно, необходимо и неизбежно ведёт и приведёт не только Россию, но и всё человечество глобальный финансовый капитал, речь пойдёт отдельно в последующих статьях (частях этой статьи).

(продолжение следует)

Василиев Владимир, 2 декабря 2019 года.

Первичная публикация осуществлена по адресу: http://www.dal.by/news/178/03-12-19-32/